Kail Itorr (jaerraeth) wrote,
Kail Itorr
jaerraeth

Category:

Дракон,Обезьяна и прочие-33

Жила–была в Осю воинственная дама по имени Онами–химэ, которая почти всю сознательную жизнь без отрыва от замужеств и рождения детей, сражалась сперва со своим братом, Датэ Терумунэ, а потом племянником, Датэ Масамунэ. Но о ней подробнее расскажет тот, кто лучше знает, а в этой саге сказано о ней не будет. Речь пойдет об одном из ее сыновей.
Изначально звали его Никайдо Моритака, и был он рожден от брака означенной дамы с Никайдо Мориеши. И казалось, что вытянул этот юноша счастливую карту. Был он младшим сыном, и отдали его, как тогда водилось при заключении договоров, заложником в сильный и влиятельный клан Ашина, выводящий свои корни от Тайра. Собственно, было две ветви рода Ашина, интересующая нас звалась Айдзу-Ашина, ибо владением их был домен Айдзу со знаменитым замком Айдзу-Вакамацу. Но вот неприятность какая – у старого князя Ашина не было сыновей, только дочь. И он решил поступить так, как нередко делали в подобных случаях – сделать наследником зятя. Молодой Моритака пошел в примаки к Ашина, женился на княжне и взял ее фамилию. После смерти тестя он стал князем, и к этому времени у них с женой родились две дочери и сын, обеспечив преемственность. Казалось бы, живи да радуйся. Но, как пишут биографы, среди вассалов Ашина Моритака не пользовался популярностью.
В один отнюдь не прекрасный день ноября 1584 г. как сообщают хроники, Моритака сидел на террасе замка Айдзу и кормил своего ловчего сокола, когда сзади к нему незаметно подошел его косё (обычно переводят как паж или адъютант) Оба Содзаэмон и зарезал его мечом. После этого он попытался бежать. Но был настигнут и убит другим приближенным Моритаки - Танехачи Дайдзо. Подробности его гибели неизвестны.
Ашина Моритаке было 23 года, Оба Содзаэмону 14 или 15 лет (точный возраст неизвестен, но поскольку он носил мужское, а не детское имя, то считался совершеннолетним). Это все. Или не все.
Что мы знаем об убийце? Мало, но кое-что.
Он не принадлежал к клану Ашина и роду был незнатного – сын священника, но по тем временам это продвижению по службе не мешало. Начинал службу в качестве косё при даймё Хатакеяма Ёсицугу, союзнике Ашина, но когда Моритака стал князем, то перетащил его к себе. Был ли этот переход добровольным или нет, мы не знаем. Содзаэмон описывается как очень красивый юноша, и мало кто сомневается, что между ним и Моритакой была любовная связь. По тем временам подобные отношения между князем и косё были нормой жизни. Некоторые из таких косё, отслужив свое при постели господина, потом дорастали до генералов и стратегов, но тут, как видим, история закончилась с точностью до наоборот.
Еще немаловажный факт. Содзаэмон, несмотря на юный возраст, считался отличным мечником, еще на службе у Хатакеямы он «получал награды за свою доблесть».
В Айдзу его обязанностью было следить за оружием князя, так что его должность правильнее обозначить как «оруженосец». Автор статьи в справочнике, из которого я в основном это черпаю, задается вопросом – если Оба был таким хорошим мечником, почему он так легко дал себя убить? И каковы вообще были обстоятельства его гибели, свидетелей ведь не было?
Если следовать логике данных вопросов, можно также спросить - а в самом ли деле убийцей был Оба? Но у нас не детективный роман, мы не будем множить сущности, и примем версию, что Оба и убил. Тут главный вопрос – почему? Почему Оба зарезал своего господина и предположительно, любовника? Ему эта «норма жизни» была противна? Или его чем-то запугали, или наоборот, пообещали? В любом случае, создается впечатление, что за убийством кто-то стоял.
Но кто?
Главным врагом Ашина был дом Датэ, во главе которого до середины 1584 года, а фактически и несколько позже, стоял Датэ Терумунэ. Мало того, что Датэ – враги Ашина, у Терумунэ личная вражда с матушкой Моритаки.
Он?
Мешает признать сие то, что мы знаем о Терумунэ, а знаем мы о нем довольно много. Умный, проницательный человек, предпочитающий решать проблемы дипломатическими ходами и переговорами. Не склонен к жестокости. Даже то, в чем его всю жизнь обвиняли – он пришел к власти, сместив своего отца (отсюда и вражда с Онами), обошлось без кровопролития. В тот год в клане случились внутренние несогласия, и чтобы избежать смуты, Терумунэ предпочел уйти в отставку, передав власть сыну Масамунэ, став при нем фактически советником. Так что на тот момент у них шла передача дел, некогда им было. Кроме того, сохранились документы. Согласно архивам клана Датэ (нет, мы их не выдумали, они вполне существуют), известно, что убийство Моритаки стало для них неприятным сюрпризом, согласно сохранившейся переписке, в клане опасались провокаций, и были настороже. Но ничего не последовало. Наоборот, Ашина заключили с Датэ перемирие. А ведь будь у Ашина повод обвинить Датэ, им бы воспользовались. Но нет.
Если не враг, то союзник?
Хатакеяма Ёсицугу, напротив, ни умом ни талантами не блещет. Но считает себя неуязвимым, поскольку владеет замком Нихонмацу, самым неприступным в регионе. И у него есть личная причина – Моритака отобрал у него Содзаэмона.
Он?
Опять-таки мешает то, что известно о Есицугу. Из отзывов современников, он не был способен действовать по плану, не то, что придумать многоходовую интригу.
В общем, все соглашаются с официальной версией – во всем виноват Оба, и ровно год дела идут настолько нормально, насколько это возможно в эпоху Воюющих провинций.
А потом происходит то, что прочно вошло в анналы эпохи. Хатакеяма Ёсицугу, приехав в резиденцию Терумунэ для заключения совсем уже обговоренного мирного договора, внезапно захватывает Терумунэ в заложники и пытается бежать. В результате завязавшегося боя погибают и Терумунэ, и Хатакеяма. Датэ Масамунэ рвется мстить за отца, маховик военных действий раскручивается с новой силой.
А в 1586 г. умирает двухлетний князь Ашина. Поверим, что своей смертью – детская смертность тогда была высокой. И на авансцену выходит новый игрок. Зовут его Сатаке Ёсихиро, он происходит из рода, который имеет общих предков с Ашина, стало быть, может претендовать на наследование. Он подкрепляет это право, женившись, на дочери покойного Моритаки - она по тем временам должна быть еще ребенком, но кого это волнует. И отныне получает фамилию Ашина.
По моему скромному мнению, это и есть наш кукловод. Ёсихиро также второй сын, в родном клане стать наследником не может. А вот освободить себе место в другом - почему бы нет? Моритака, как сказано, не был популярен в клане Ашина, иметь князем младенца в пору всеобщих войн – тоже мало радости. Так что у Ёсихиро наверняка были сторонники среди вассалов Ашина, и он без проблем занял место главы клана.
И вот что еще следует заметить – Сатаке также являются давними врагами Датэ.
Еще раз – не существует никаких доказательств, что Ёсихиро как-то причастен к убийствам Моритаки и Терумунэ, но принцип «ищи, кому выгодно» никто не отменял. А выгоду получил именно Ёсихиро. Он не только становится главой сильнейшего на этот момент клана в регионе – вокруг него группируется коалиция Айдзу-Сатаке-Хатакеяма-Никайдо, и еще пары кланов, которая собирается покончить с кланом Датэ и слишком много мнящим о себе юнцом Масамунэ.
И вначале им это даже вроде бы удается.
Но, как мы знаем, противника Ашина недооценили. Война длилась больше трех лет, и закончилась полным поражением Ашина. Ёсихиро бежал под крыло к великому регенту. И хотя год спустя Тоётоми Хидэёши Айдзу у Датэ отобрал, вернуть его прежнему владетелю он и не подумал.
Клан Айдзу исчез из японской истории. Такие дела.
А замок Айдзу-Вакамацу был сценой еще немалого количества драм, в эту историю вошедших. Скажем, господин дракон со всей мишпухой переехал в замок Айдзу, когда Ашина сбежали, и вся эта душераздирающая история с отравлением и убийством брата произошла именно там...

===

Икеда Сэн родилась предположительно в 1563 или 64 году и была вторым ребенком в семье Икеды Цунеоки, одного из ключевых вассалов Оды Нобунаги. Если гербом дома Ода был цветок мальвы, то на гербе Икеды был мотылек, уж так совпало. Мать Цунеоки, и соответственно, бабушка Сэн, была кормилицей, а затем нянькой Нобунаги, и Цунеока, как молочный брат и один из ближайших к Нобунаге людей, часто встречается в фильмах и сериалах. Когда младший брат Нобунаги, Нобуюки, поднял против него мятеж, его убил именно Цунеока – классическая история "молочный брат против родного». Род Икеда верно служил своему князю, и сражался за него всем наличным составом. Сэн с детства, наравне с братьями обучали боевым искусствам. Для девушек из воинских родов это было в обычае, необычным было то, что Сэн обучали не только фехтованиию, но и стрельбе из мушкета. Как раз тогда Ода Нобунага активно вооружал своих войска огнестрельным оружием, и соответственно строил свою стратегию. Икеда эту тему расширили и углубили, в результате Сэн оказалась командиром воинского подразделения в двести стволов, в котором служили только женщины. Случай, при всем обилии женщин–воинов в эту эпоху, уникальный.
Еще в юности Сэн вышла замуж за Мори Нагаёши, главу другой вассальной семьи Оды. В истории как-то больше засветился его младший брат Ранмару, Нагаёши же был известен как редкой вспыльчивостью, так и исключительной физической силой. Благодаря этому он получил не слишком оригинальное в то время прозвище Демон. Как пишут «его характеристика в воспоминаниях современников колеблется от «жестокого грубияна» до «утонченного любителя каллиграфии».
Детей у супругов не было, может быть, потому что они основное время проводили на поле битвы.
После гибели Нобунаги семьи Икеда и Мори встали на сторону Хидэёши, и в последующей междоусобице между полководцами Оды сражались за него. До определенного момента успешно – пока войска будущего регента не столкнулись с самым сильным и опасным противником – Токугава Иэясу.
В 1684 г. битве при Накагутэ, где принимала участие и Сэн со своим отрядом, полегли и Цунеоки, и его старший сын, и Нагаёши. О гибели последнего пишут следующее. Он из гордости демонстративно носил белое дзинбаори, в котором его хорошо было видно на поле боя. И погиб от мушкетной пули – не только у Оды были хорошие стрелки… Вообще это было самое серьезное поражение войск Хидэёши в войне среди бывших полководцев Оды. Но надо учитывать, что здесь командовал армией не сам Обезьяна, а племянничек его Хидэцугу, у него явно было дар проваливать кампании.
Остальные Икеда сдались. Главной рода стал младший брат- погодок Сэн Терумаса, который перешел на службу Токугава. Там он сделал блестящую военную карьеру и стал одним из доверенных генералов Иэясу, который выдал за него свою дочь Току-химэ. К этой паре мы еще вернемся.
Сэн, оставшись молодой вдовой (ей было не более 21 года), через некоторое время вышла замуж за даймё Накамура Кацуудзи, занимавшему пост в правительстве Тоётоми, и кажется, происходившему из тех же краев, что и великий регент. Поэтому вряд ли мы ошибемся, предположив, что именно Хидэёши, знавший Сэн с детства, был инициатором этого брака. Кацуудзи получил во владение замок Сумпу, один из известнейших замков Японии. С XIV века он был резиденцией рода Имагава. После того, как Имагаву Ёсимото уконтрапупил Ода Нобунага, замок захватил Такеда Сиген, а после того как кончились Такеда, замок прибрал к рукам хозяйственный Токугава Иэясу. Он перестроил замок, и в 1585 г. переехал туда со всем семейством, сделав личной резиденцией.
Но продолжалось это недолго. В 1590 г. регент отобрал замок у Токугава, вручив ему взамен регион Канто. А замок передал, как уже сказано - Накамуре Кацуудзи. Там супруги Накамура прожили десять лет, там у них родилось двое сыновей.
После смерти тайко Кацуудзи исполнял должность официального посредника между регентским советом и советом старейшим, и вероятно, уже тогда стал склоняться к союзу с Токугава. Но затем он стал болеть и более уже не поправился. Он умер в августе 1600 г, когда военные действия только начинались. Старшему сыну Кацуудзи и Сэн, Кацутаде, было всего десять лет, и главенство в клане перехватил младший брат ее мужа. Впрочем, уже и тогда семейство Накамура приняло сторону Токугавы. Сэн приняла монашество под именем Анньо-ин, и вроде бы собиралась удалиться в монастырь. Но не тут-то было. Свежеиспеченную монахиню призвали под знамена Токугавы, за которого теперь сражалась вся ее родня.
Со своими мушкетерками Сэн проделала всю кампанию. В битве при Сэкигахаре принимала участие предположительно, в составе войска своего брата Икеда Терумасы.
После победы она получила в награду земельные владения, которыми могла управлять сама, а не от имени сына, доход в 10 тысяч коку и по некоторым версиям, титул даймё, став одной из немногих женщин-князей.
А вот замок Сумпу Иэясу вернул себе. Кацутаду, впрочем, голым на мороз не выгнали, он получил провинцию в управление, и приемную дочь Иэясу в жены, а позже он получил и фамилию Мацудайра, которую носила младшая ветвь Токугава.
Но вернемся к Терумасе и Току-химэ. Их брак, разумеется, был политическим, но судя по тому, что у пары было семеро детей, одной политикой дело не ограничивалось.
Младший брат Току-химэ, второй сёгун Хидэтада, продолжил традицию отца подкреплять политические союзы брачными. В 1616 г. ему срочно понадобилось укрепить пошатнувшийся было союз с домом Датэ, а свободных дочерей на тот момент не было. Поэтому он удочерил одну из дочерей Терумасы и Току. Ее выдали замуж за Датэ Тадамунэ, сына и наследника Датэ Масамунэ. Так что Сэн, некоторым образом, оказалась в свойстве не только со Старым Тануки, но и с Одноглазым Драконом.
О позднем периоде жизни Сэн сведений мало. Последний раз она упоминается в документах в 1640г., так что можно считать, что она дожила до глубокой старости.
А вот Кацутада прожил всего 20 лет, и судьба его была довольно печальной. Но это уже другая история.

===

Если кто здесь, подобно мне, смотрит китайские и корейские сериалы, то помнит, что в качестве записных злодеев там нередко упоминаются «японские пираты». Историки предпочитают брать этот термин в кавычки, если только речь не идет о 16 веке. Дело в том, что «японские пираты» - это средневековые «русские хакеры», универсальная отмазка и объект на которого вешают всех собак. Нет, пираты, конечно же, были. И среди них даже иногда попадались японцы. Но подавляющее большинство «японских пиратов» веками составляли китайцы. И вот по какой причине.
Начиная с эпохи Юань и позже, китайское правительство периодически вводило политику «морского запрета». То есть в море, неважно с какой целью, могли выходить только корабли государственного флота. Частные лица могли это делать только при наличии специально лицензии, а получить ее было весьма сложно. А теперь гляньте на карту Китая и оцените, какая там протяженность морских побережий. И сколько там городов и поселений. И как им выживать без морской торговли? Так что торговали без лицензии. А незаконная торговля – это контрабанда. А где контрабанда – там и пиратство. Так что «морской запрет», затеянный для насаждения порядка, приводил к противоположному результату. А поскольку после грабежей все-таки хотелось вернуться домой, пираты старательно косплеили японцев – использовали японскую одежду, вооружение, символику на парусах. Если же их разоблачали, бежали в ту самую Японию – учитывая разброд и шатания у тамошней власти, с Донуостровов выдачи не было. Таким образом крепли международные преступные связи.
Корейцы срубили эту фишку, возможно, даже раньше китайцев – во всяческом случае в хрониках жалобы на страшных японских пиратов в корейских хрониках появляются раньше. Прием использовался тот же самый (это отчасти отражено в сериале «Шесть летящих драконов» - там пойманный живьем «японский пират» так-таки оказывается корейцем).
Итак, «японские пираты» в основном состояли из китайцев, отчасти из корейцев, а со временем и европейцы подтянулись – один из пиратских адмиралов был , пока не сменил специальность, португальским монахом).
И так обстояло дела до 16 века, после чего выражение «Японские пираты» утрачивает кавычки. Потому как в Японии случилась эпоха Сэнгоку. Иными словами, там образовалось много оружия, и много людей, умевших этим оружием профессионально пользоваться. И далеко не все они стремились с этим оружием встать на службу правителям. Что касается правителей, то единой власти в Японии не было, а многие князья пиратству покровительствовали – чтоб не сказать, лично в нем участвовали. Поразмявшись в внутренних морях, пираты обратили взор свой на империю Мин, где награбить можно было гораздо больше.
Изображали японцы на своих парусах не череп и кости, а имя Хатимана. Помните историю легендарной императрицы Дзингу, которая, будучи беременной вдовой, завоевала Силлу и прибила свое копье ко вратам Сораболя? Ее сын, император Одзин, тоже, видать, был весьма воинственным, потому что посмертно его обожествили под именем Хатимана («Множество флагов»). Хатиман был богом войны и по совместительству богом моряков. Поэтому пиратские корабли именовались «кораблями Хатимана». Эти корабли начали грабить китайские берега с 20-х годов 16 века, а с середины 40-х началась полномасштабная война с пиратами, и длилась она около двадцати лет. Поначалу у пиратов все получалось очень даже бодро. Династия Мин была в кризиса (вообще-то она после Юнлэ была в нем постоянно), китайская армия была не в лучшим состоянии (она очень редко бывала в лучшем), китайский флот… не будем о грустном. Так что японцы, которые вообще-то не строили завоевательных планов, они за хабаром пришли, обнаружили, что без проблем могут захватывать большие города. Покусились даже на «южную столицу» империи - Нанкин, правда, там приступ отбили.
Китайские пираты, надо сказать, не проявили никакого патриотизма. Увидев, как японцы обчищают города, китайская братва возопила: « А как же мы?!» и присоединилась к празднику жизни. Аналогичным образом повели себя и китайские торговцы, охотно скупавшие награбленное. В общем, все как всегда.
Но до бесконечности так продолжаться не могло. У китайцев все-таки была какая-никакая, а регулярная армия, и командующие постепенно научились координировать свои действия. Да и человеческий ресурс у китайцев был такой, какой японцам и не снился. Так что с середины 60-х годов пиратов стали вытеснять с побережья, а в 70-х набеги «кораблей Хатимана» стали уже редки. Конец им, однако, положили вовсе не китайцы. Тоётоми Хидэёши объединил Японию и рёк: я один тут решаю, куда вторгаться и кого грабить. И стало по слову его.
А китайско-японские пиратские связи никуда не делись, и это стало ясно, когда на сцену вышел Чжэн Чэнгун, он же Тагава Фукумацу, он же король Коксинга - самый знаменитый пират региона. Но это уже другая история.

(для разнообразия все истории на сей раз от goldenhead)

X-posted at https://jaerraeth.dreamwidth.org/739554.html
Subscribe

  • Кошачье раздумчивое

    - Как зовут вашего кота? - Георгий Викторович. - А по-другому не могли назвать? - А по-другому он не отзывается. === Работала продавцом в магазине…

  • Sssstudentessss

    Девятилетней племяннице задали записать свои впечатления и краткое содержание сказки "Конёк-Горбунок". Результат: Краткое содержание: Иван очень…

  • Литера Турности

    Накануне новогодних праздников Роза Львовна имела серьезные, дошедшие до глубокой внутренней неприязни семейно-бытовые разногласия с зятем. Поскольку…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment