Kail Itorr (jaerraeth) wrote,
Kail Itorr
jaerraeth

Category:

Перипетии отечественных гишторий

Дело о перечислении крестьянского мальчика Василья в женский пол

Отец этого предполагаемого Василия пишет в своей просьбе губернатору, что лет пятнадцать тому назад у него родилась дочь, которую он хотел назвать Василисой, но что священник, быв "под хмельком", окрестил девочку Васильем, и так внес в метрику. Обстоятельство это, по-видимому, мало беспокоило мужика, но когда он понял, что скоро падет на его дом рекрутская очередь и подушная, тогда он объявил о том голове и становому. Случай этот показался полиции очень мудрен. Она предварительно отказала мужику, говоря, что он пропустил десятилетнюю давность. Мужик пошел к губернатору. Губернатор назначил торжественное освидетельствование этого мальчика женского пола медиком и повивальной бабкой. Тут уж как-то завелась переписка с консисторией, и поп, наследник того, который под хмельком целомудренно не разбирал плотских различий, выступил на сцену, и дело длилось годы, и чуть ли девочку не оставили в подозрении мужеского пола.
(А.И. Герцен)

===

Не понял

Пётр Александрович Валуев, министр государственных имуществ Российской империи в 1872-79 годах, имел слабость к иностранным языкам и любил всякий раз говорить на них при подходящем случае.
Так, осматривая во время инспекционной поездки Луганский литейный завод, при представлении Ачиновников, Валуев стал говорить с инженером, носящим немецкую фамилию, по-немецки, с лесником с польской фамилией - по-польски, а с местным доктором на латыни.
Каков же был конфуз министра, когда эти обрусевшие люди не поняли ни единого слова из обращённых к ним вопросов.

===

Военно-полевая медицина

В Итальянском походе, перед началом сражения с французским генералом Макдональдом, австрийский полковник Шток упал в обморок, как он сам говорил, от "приключившейся чрезвычайной колики". Проезжавший мимо Суворов заметил происшествие и, когда ему объяснили причину оного, грустно покачал головой:
- Жаль! Молодой человек, помилуй Бог! Жаль, он не будет с нами! Как его оставить! Гей, казак!
Когда казак подъехал, Суворов продолжил:
- Приколи его поскорее! Помилуй Бог, жаль! Французы возьмут. Чтобы наше им не доставалось, приколи поскорее!
Услышав про такое необыкновенное и неприятное лекарство, больной тотчас вскочил и сказал, что ему стало легче.
- Слава Богу, - сказал Суворов, отъезжая, - очень рад! Полегче стало, тотчас полегче стало.

===

Две стороны медали

После Альпийского похода Суворова Павел решил выбить специальную медаль, на которой бы отражалось и участие австрийцев, хотя они лишь мешали общему делу. Суворов, к которому Павел обратился с просьбой предложить вариант надписи, дал такой совет: медаль сделать одинаковой и для русских, и для австрийцев. Но на "русской" выбить слова: "С нами Бог", а на "австрийской": "Бог с нами".

===

Награда

Генерал Михаил Андреевич Милорадович, командуя корпусом, при взятии Бухареста (1806), первый взошёл на крепостную стену. Когда после этого он явился ко дворцу, то Александр I, высказав ему свою благодарность, спросил его:
- Чем, граф, наградить тебя за Бухарест?
- Государь, - ответил Милорадович, - я, как начальник, имею много наград от вашего величества; но не имею ордена за личную заслугу. А как по закону тому солдату, который первый взойдёт на стену, полагается орден Георгия 4-й степени, то я и прошу ваше величество наградить меня этим орденом.
Царь недоуменно пожал плечами, но все-таки распорядился дать генералу Милорадовичу солдатского Георгия.
Но уже на другой день Милорадович является к военному министру и подаёт ему рапорт: так как кавалеру ордена св. Георгия 4-й степени всё содержание полагается вдвойне, то потому он просит сделать зависящее об этом распоряжение.
Министр явился к государю и доложил ему о проделке Милорадовича.
- Что ж делать, - улыбнулся Александр. - Если по закону так положено, то давайте ему вдвойне.

===

Рассказчик

У барона Мюнхгаузена был талантливый двойник - польский граф Винсент Красинский, служивший в начале XIX века во французской, а потом и в русской армии. Вот несколько образчиков его устного творчества, сохраненных князем Вяземским.
"Польский граф Красинский, - пишет Петр Андреевич, - был вдохновенным и замысловатым поэтом в рассказах своих. Речь его была жива и увлекательна. Видимо, он сам наслаждался своими импровизациями...
После удачного и смелого нападения на неприятеля, совершенного конным полком под его командою, прискакивает к нему на место сражения Наполеон и говорит: "Винсент, я обязан тебе короной" - и тут же снимает с себя звезду Почетного Легиона и на него надевает. "Как же вы никогда не носите этой заезды?" - спросил его один простодушный слушатель. Опомнившись, Красинский сказал: "Я возвратил ее императору, потому что не признавал действия моего достойным подобной награды".
Однажды занесся он в рассказе своем так далеко и так высоко, что, не умея как выпутаться, сослался для дальнейших подробностей на Вылежинского, адъютанта своего, тут же находившегося. "Ничего сказать не могу, - заметил тот: - вы, граф, вероятно, забыли, что я был убит при самом начале сражения".

===

Пари

Граф Александр Петрович Толстой служил в Семеновском полку. Однажды, во время учений в Красном Селе, его полковой командир так рассердился на Толстого, что изругал его перед строем, не выбирая выражений. Оскорбленный Толстой, возвратившись в строй, вслух пригрозил избить генерала палкой. Это слышали многие, и друзья стали волноваться за судьбу Толстого.
- Вы напрасно волнуетесь, что меня могут разжаловать, - отвечал им, улыбаясь, Толстой. - Мы с генералом - большие друзья, и даже если я исколочу его дубиной, он не рассердится, а будет меня обнимать. Держу пари на ящик шампанского! А теперь, прощайте, голубчики, голова трещит от боли, пойду полежу, и завтра буду молодцом.
Однако наутро Толстой не только не сделался молодцом, а наоборот, стал впадать в беспамятство и бредить. На следующую ночь весь лагерь был разбужен страшными криками, кто-то сворачивал палатки с места и колотил по ним дубиной. Выскочив из палаток, офицеры увидели следующую картину: граф Толстой в одном нижнем белье, но в шляпе, прыгал по плацу верхом на дубине и орал во все горло: "Здорово, ребята!". А из-под раскуроченной генеральской палатки раздавались отчаянные крики. Офицеры бросились к палатке и освободили несчастного генерала.
- Что это было? - спрашивал он.
- Не знаем-с. Кажется, граф Толстой с ума сошел...
- Боже, какое несчастье - отвечал добрый генерал. - Что же вы стоите? Надо его скорей поймать - и в лазарет...
В лазарете полковой лекарь пустил больному кровь и устроил обливание холодной водой. И - о чудо! - лечение помогло. Когда Толстой с просветленным взором вышел из лазарета, сам генерал обнял его, расцеловал и попросил прощения за свою несдержанность, ставшею, по его мнению, причиной помешательства.
Как только генерал ушел к себе, Толстой с победным видом обернулся к своим товарищам:
- Ну-с, где же шампанское?

===

За царя и отечество

На сайте "Таймс" есть страничка об истории газеты и там есть сканированная страница из номера 1904 г., в котором помещена заметка корреспондента газеты, пишущего из Порт-Артура. Цитата (перевод достаточно близок к тексту): "С яростными криками "youb tvoy mat! " (именно так и написано в заметке!) геройские русские солдаты перешли в контратаку и отбили очередной приступ японцев на гору Высокая.
После атаки, Ваш покорный слуга (имеется в виду корреспондент) спросил у русского офицера что означают слова youb tvoy mat, которые кричали русские.
Офицер ответил, что youb tvoy mat для русского солдата означает "Умрем за царя и Отечество!"

===

Бывает

Осанка и приемы обличали в нем человека высшей аристократии, но в одежде был он небрежен, лошадь имел простую. Он носил в сражении очки, в руке держал нагайку; бурка или шинель свешивалась с плеча его. Отвага не раз увлекала его за пределы всякого благоразумия. Часто, видя отстающего солдата, он замахивался нагайкою, солдат на него оглядывался, и что ж?.. Оказывалось, что он понукал вперед французского стрелка!.. Обманутый зрением, привычною рассеянностию, а еще более врожденною запальчивостию, он миновал своих и заезжал в линию стрелков французских, хозяйничая у неприятеля, как дома.
(Ф.Н. Глинка, про графа Остемана-Толстого)

===

Ссыльнопоселенец

В 1848 году мещанина Никифора Никитина "за крамольные речи о полете на Луну" сослали не куда-нибудь, а в дальнее поселение Байконур.

===

Полезная привычка

За время своего пребывания в России, в годы царствования Анны Иоанновны, Эйлер приобрел привычку держать язык за зубами. Позднее, когда он переехал в Берлин, то чрезвычайно удивил королеву-мать тем, что на все вопросы отвечал односложно.
- Однако, - заметила ему королева, - отчего это вы совсем не желаете со мной говорить?
- Государыня, - ответствовал Эйлер, - простите, я отвык; я приехал из страны, в которой за слово вешают людей.

X-posted at http://jaerraeth.dreamwidth.org/531643.html
Subscribe

  • О королях и капусте

    Nero Burning ROME Великий пожар Рима (он же Magnum Incendium Romae) начался в ночь с 18 июля на 19 июля 68-го года в лавках, расположенных с…

  • Военно-гишторические гитики

    Честь спасена Когда Миних отправлялся на захват Азова, он отправил матушке государыне императрице донесение, что крепость уже взята. Подходят…

  • Сундук Чезаре Спада

    - Так сколько же всего денежек было у графа Монте-Кристо? И когда же – ох, а вдруг! а впрямь! – кончатся его сокровища на самом захватывающем…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments

  • О королях и капусте

    Nero Burning ROME Великий пожар Рима (он же Magnum Incendium Romae) начался в ночь с 18 июля на 19 июля 68-го года в лавках, расположенных с…

  • Военно-гишторические гитики

    Честь спасена Когда Миних отправлялся на захват Азова, он отправил матушке государыне императрице донесение, что крепость уже взята. Подходят…

  • Сундук Чезаре Спада

    - Так сколько же всего денежек было у графа Монте-Кристо? И когда же – ох, а вдруг! а впрямь! – кончатся его сокровища на самом захватывающем…