Kail Itorr (jaerraeth) wrote,
Kail Itorr
jaerraeth

Categories:

ЖЗЛ: Виктор Борисович Шкловский

Писатель, литературовед, один из основателей ОПОЯЗа и создателей формального метода, превратившего литературоведение в науку, был ко всему еще и правым эсером, членом Военной Организации ПСР, подпольщиком, человеком исключительно храбрым и хладнокровным, а также патологически везучим.

Металлист

В 18 году Шкловский жил в Москве и готовил броневой дивизион для вооруженного восстания против большевиков. Один из броневиков, полностью собранный, стоял просто в сарае во дворе. Даже когда приходили с обыском, туда никто так и не заглянул. Но восстание в Ярославле и Рыбинске кончилось неудачей, в Москве стало очень жарко, и Шкловский получил приказ приказ выехать в Саратов, где для него уже была подготовлена крыша. Ну знаете, в деревню, в глушь, в Саратов... На вокзале его встречает представитель местного комитета и вручает ему паспорт рабочего-металлиста.
Сказать, что Шкловский был непохож на рабочего-металлиста, значит ничего не сказать. Но эти штатские из Саратова не осознали всей меры своей некомпетентности, даже когда его увидели. Переигрывать уже было поздно и Виктор Борисович решил оставить все, как есть - вдруг обойдется. И на четвертый день его пребывания в городе Саратове его арестовали на базаре и потащили в Чека.
Местный упрчека, не будучи членом саратовского комитета партии эсеров, сразу сообразил, что кем-кем, а металлистом Шкловский не может быть никак. А является он явной и наглой контрой. И поэтому, вместо того, чтобы тянуть обычную полицейскую волынку "Кто таков?" да "Зачем приехал?", он просто попросил Шкловского, раз уж тот специалист по металлу, объяснить, что такое шпиндель.
Я лично понятия не имею, что это такое. А вот Виктор Борисович три года прослужил сначала механиком, а потом командиром машины в бронедивизионе. И потому все, что было с работой по металлу хоть краем связано, знал. Ему задали еще пару вопросов, а затем пустили в ход главный революционный калибр: "А ну, покажь руки!" И он показал.
А какие, спрашивается, руки должны быть у человека, который сначала чинил, а потом водил в бой броневики - а до того неоднократно баловался динамитом?
И чекисты с тяжким вздохом его отпустили.
Его потом раз пять так таскали - поспрашивают и отпустят. Еще сотрудникам своим специально показывали - мол, видите, как товарищу с физиономией не повезло?
А потом у него карантин кончился и его выдернули в Питер. Отдает он перед отъездом паспорт - может, кому еще пригодится - и тут только обнаруживает на последней странице выцветший фиолетовый штемпель "умер от холеры в феврале 16-го года".
"И, - говорил он потом Чудакову, - я живо представил себе, как они смотрят на этот штампик и спрашивают меня - "А что это ты здесь делаешь, товарищ, с 16 года?" Но они посмотрели на мое лицо - и не стали проверять документы."


Рассказчик

В один относительно прекрасный вечер 1918 года к В.Шкловскому, командиру бронеотряда ВО ПСР(п) (военной организации партии социалистов-революционеров, правое крыло), зашел в гости М.Филоненко, заместитель командира БО ПСР(п) (боевой организации). Надо сказать, что отношения между обоими конторами были исключительно плохими еще с 1905 года, а после корниловского мятежа испортились окончательно и вдрызг. Перекрестная конспирация ясности не добавляла. Поэтому гражданин Филоненко, проживавший в Питере "под чужой фамилией или несколькими чужими фамилиями" и занимавшийся подготовкой мятежа, не знал, что у гражданина Шкловского, проживавший в Питере под своей фамилией, в сарае за домом стоит свежесобранный броневик на предмет этого самого мятежа. Потому что, в противном случае, пить кофе из ржи у Шкловского он бы все же не стал. Но для него Шкловский был просто знакомым литературоведом, с которым можно было посоветоваться.
Филоненко интересовало изображение знаков зодиака в средневековой русской литературе. Он писал работу об астрологии и никак не мог найти источники по этому вопросу. И поскольку предмет разговора был совершенно невинным, Филоненко, видимо, не проверился - и приволок к Шкловскому хвост.
Утром под дверью уже стоял караул.
Шкловского вызвали в Петрочека, к Отто. Он честно рассказал, что да, знаю такого, заходил вчера. Справлялся о знаках зодиака.
Отто предложил Шкловскому рассказать о себе. И тот принялся рассказывать о том, как был комиссаром временного правительства на южном фронте. О Персии и всех тамошних прелестях.
"Он слушал,- писал Шкловский,- слушал конвойный и даже другой арестованный, приведенный для допроса.
Меня отпустили. Я профессиональный рассказчик."
В доме был обыск. Броневик не нашли. Его собирали в сарае совершенно открыто и потому он ни у кого из жителей двора не вызвал подозрений.
А провалились они много позже просто из-за случайного ареста.
Хорошо быть профессиональным рассказчиком.


Мышеловка

В один прекрасный день в городе тогда еще Петрограде прошла волна арестов. Брали членов, как тогда выражались, "бывших соцпартий". Вениамин Каверин, по молодости лет не имевший отношения к этому сомнительному словосочетанию и - опять же по молодости лет - не очень соотносивший особенности политической жизни страны со своим расписанием, в тот вечер мирно пришел в гости к старшему товарищу и некоторым образом учителю, Юрию Тынянову. И угодил в "мышеловку". Дома новы, а предрассудки стары. Мышеловка общества нового типа работала точно так же, как и в древнем Египте - всех впускать, никого не выпускать. Но тут возникла некая сложность - Тыняновы держали открытый дом. И уже к восьми туда набилась значительная часть питерского литературного бомонда. А народ продолжал прибывать. Довольно большая квартира была набита людьми, чекисты уже выселили соседей по лестничной клетке, но площадей все равно не хватало, всю эту ораву - времена-то вегетарианские - нужно было как-то кормить, кто-то в суматохе просто сбежал...
А виноват был, как всегда, Виктор Борисович Шкловский. Который, в отличие от Каверина, в бывших соцпартиях состоял и довольно долго занимался активной противуправительственной деятельностью - а потому, естественно, попал под раздачу. И - говорит легенда - был арестован в издательстве, в очереди за гонораром. На улице Гороховой, куда свозили улов, царили шум, беготня и кабак, обычно сопровождающие большое прикрытие. В этой каше Шкловский вылез из кузова и спокойно пошел к воротам. Будучи остановлен часовым и спрошен, а куда это он, собственно, ответил
- Отпустили.
- Документ?
- Какой документ - не видишь, что у вас творится?
Постоял, покурил, потрындел с часовым об автомобилях - и ушел. Пешком. Невозмутимо.
Хватились его часа через два. И - естественно - понаставили мышеловок везде, куда он мог сунуться. В том числе - и к Тыняновым. А Шкловский вечером пришел к их дому, увидел, что в окнах свет, а в квартире - много народу, подумал, что опять какое-то сборище и мало ли кто там может оказаться... и не пошел. А пошел он в единственное место, где засады не было. К себе домой.
Продолжалось это несколько дней. ПетроЧК рыло землю, разыскивая человека, который жил у себя дома, днем выходил на улицу, со знакомыми здоровался... Но понятно было, что добром это не кончится. И Шкловский решил уходить. Но денег нет. И он пошел в то самое издательство, где его арестовали. Времена, повторяю, были еще вегетарианские. То есть бухгалтер куда надо позвонил, но деньги все-таки выдал. А пока откуда надо приехали, Шкловского уже след простыл. Сел на пригородный, доехал до какой-то дачной станции - и перешел границу по льду - они этим маршрутом еще при империи оружие таскали. И засаду у Тыняновых сняли, когда Шкловский позвонил им из Хельсинки - узнать, все ли в порядке и не было ли у них из-за него неприятностей.


Стрелковая подготовка

На дворе 1917 год. Февраль уж наступил, и даже прошел.
Сидит в штабе у Корнилова тогда еще не товарищ военного министра, а просто комиссар по Юго-Западному фронту и какие-то бумаги о поставках проверяет. А г-н генерал вокруг него круги описывает, что твой мегалодон. И не выдерживает, наконец, интересуется в пространство, а что, мол, будет, если он прикажет министерского представителя, скажем, повесить. Молчание. Комиссар со сдержанным омерзением продолжает читать про поставки. А вокруг же народ стоит, слушает. Так что г-н генерал свою задумчивую фразу повторяют еше раз. Никакой реакции. В третий. Тут уже гражданин комиссар отрывается от бумаг и отвечает, что Корнилову ничего не будет, а вот у него, у комиссара, произойдут серьезные неприятности, потому что Корнилов у командования на очень хорошем счету.
- Почему? - с легким недоумением интересуется генерал, имея в виду естественно не свою репутацию.
- Потому что вы носите револьвер в кобуре. И ваши офицеры тоже. Я могу вернуться к работе? Гражданин комиссар, понятное дело, свой браунинг носил, как и все приличные люди, в рукаве.
Это был акт первый.
Акт второй состоялся через сутки, когда г-н генерал получил записку следующего содержания: "Вчера в трех верстах от Вашего штаба неизвестные в пехотной форме обстреляли мой автомобиль из пулемета. Прошу Вас немедленно обратить внимание на качество стрелковой подготовки во вверенных Вам частях."
После этого инцидента отношения не то чтобы потеплели, но как-то наладились.


Примечание про браунинг

Как говорила милая дама Зося Фелициановна:
- Кто же носит оружие в кобуре? Хуже только носить оружие в сумочке - пока его отыщешь там, пудреница, пуховка, платки... Приличные люди носят оружие в рукаве, на специальной резиночке. Вы опускаете руку вот так, - показывает, - и он соскальзывает в ладонь. Очень удобно и гигиенично. И при обыске не сразу обнаруживается.
Ну, последнее - это только в вегетарианские времена ее молодости, конечно. Но в сравнении с господами офицерами у гражданина комиссара было очень основательное преимущество.
А господам офицерам, особенно в высшем эшелоне, не очень нравилось иметь дело с профессиональными убийцами из верхушки розыскного списка. Но это быстро прошло, когда выяснилось, что люди из БО и ВО - собственно, единственные в новом правительстве, с кем вообще можно работать. И "георгия" тому же Шкловскому Корнилов уже вручал лично и без всякого скрипа...

(Антрекот)

X-posted at http://jaerraeth.dreamwidth.org/445675.html
Subscribe

  • Ssstudentesss....

    Зачет Уроки физкультуры в нашем институте проходили в бассейне. Когда пришла пора сдавать экзамен, физрук сказал: - Кто хорошо плавает, тот плывет…

  • Школьные годы

    По заслугам В Эстонии многие госчиновники, когда им надо выступать перед русскоязычной публикой, напрочь забывают русский язык, а чтобы их все-таки…

  • Ssstudentesss...

    Барышня (С) сидит на занятии за первой партой и всё время шморгает носом. (Я) - Вам надо не на паре сидеть, а лежать дома в постельке, попивать чаёк.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments