Kail Itorr (jaerraeth) wrote,
Kail Itorr
jaerraeth

Categories:

War never changes

Окопное сидение

При словах "окопная война" в голове возникает Ремарк и все прелести Первой мировой: снайпера, саперные работы под огнем, взрывы, огнеметы. Внезапные вылазки с рукопашной, где раскраивали головы любым подручным оружием. В общем, грязь, кровь и нелепая смерть в попытке продвинуться на метр вперед.
Началось это, конечно, не в 20 веке. "Когда я был в траншее, наша батарея открыла огонь. Ответное ядро врага снесло верх нашего бруствера, так что земля полетела нам на уши. Многих подстрелили, когда они высовывались посмотреть, что делает противник. Стоило кончику вашей шапки показаться между габионами бруствера, как в нее всаживали 3-4 пули." Это автобиография Томаса Реймонда, осада немецкого г. Райнберг в 1633.
Хотя и на сто лет раньше устроить такое было недолго.
"Журнал осады Монтальчино в марте-июне 1553 г.", написанный "изнутри" анонимным горожанином, звучит очень современно. Это не самый значительный эпизод сиенской войны. Гарнизон Сиенской республики в Монтальчино возглавлял Джордано Орсини. Осаждала город императорская армия (испанцы, немцы, флорентийцы) под командованием Гарсия де Толедо.
Дон Гарсия - вообще спорная фигура, его роль в борьбе за Мальту (1565) оценивают по-разному. Но эту осаду он действительно провел плохо и вяло (даже делая скидку на трудную горную местность). Пробовал разную тактику, но все как-то неудачно.
Возможно, он просто надеялся обойтись малой кровью и договориться. Но его попытки подкупить офицеров гарнизона или заслать в город диверсанта неизменно кончались тем, что очередного шпиона вывешивали на стене за ногу. Защитники были настроены бескомпромиссно.
Не используя свое численное превосходство, дон Гарсия сосредоточил боевые действия на небольшом участке городского периметра в районе замка Рокка. В результате 20000 его солдат (и такое же число их женщин, детей и др.) из преимущества превратились в обузу: кормить надо всех, а воевать могла лишь малая часть.
Окопавшись у стен города, осаждавшие проторчали на этом участке почти 3 месяца, не в силах продвинуться. И тут с самого начала важную роль играл прицельный огонь из стрелковки. Обычная аркебуза не отличалась особой точностью и дальнобойностью, но проблема была решаема. "29 марта враги (имперцы) принесли в дом, который был близко от городской стены, archibusi apposta (тяжелые стенные аркебузы) и из-за их огня невозможно было находиться на бастионе без величайшей опасности".
В месте боев город имел лишь средневековые стены, спешно укрепленные сзади земляными валами. Но бомбардировка из 9 пушек не наносила им особого вреда. Неясно, в чем причина - в недостатке боеприпасов, плохом качестве орудий и расчетов? В журнале есть странная ремарка, что "все или почти все их ядра раскалывались о стену, как будто были из стекла". Так или иначе, пробить брешь артиллерия оказалась бессильна. Оставались подкопы, саперы с кирками и снайпера, а прицельным арт.огнем давили стрелков противника.
17 апреля. "Испанцы день и ночь обстреливали из пушек замок Рокка, где на стенах были сбиты все зубцы. На башне там целыми днями сидел один швейцарец, стрелявший из аркебузы, доставляя им большое беспокойство. И они в бешенстве постоянно вели огонь из орудий по замку и другим местам."
Огнеметы своего рода тоже не были забыты. Ночью испанцы с кирками подступили к бастиону Сан-Мартин, пытаясь разрушить его. Часовые, не в состоянии достать их в мертвой зоне, зажгли мешки с оливковым маслом, и с помощью цепей забрасывали их в самую гущу противника, так что тем пришлось отступить.
Солдаты Орсини терроризировали осаждавших постоянными вылазками. Внезапно врываясь на позиции противника, они расстреливали в упор и забивали камнями десятки солдат. В одной из вылазок был ранен Асканио делла Корнья - знаменитый императорский командир, будущий герой Мальты и Лепанто. Все действия осаждавших были безуспешны, противник владел инициативой.
26 мая дона Гарсия постигла очередная неудача. Для закладки мины его саперы провели туннель под один из бастионов, но ошиблись в расчетах длины шахты. Заряд они взорвали не дойдя до бастиона, подо рвом. Укрепления почти не пострадали, а выброшенные взрывом камни полетели на своих, убив и покалечив много народа. И в Монтальчино "люди оглушительно свистели, били в горшки и котелки, выкрикивая тысячи насмешек и приглашая врага воспользоваться результатами мины и атаковать."
Тут, мне кажется, проявилась еще одна типичная черта траншейной войны. Когда люди месяцами торчали все на тех же позициях, совсем рядом, их отношения приобретали личный характер, как у соседей по коммуналке. Убивать друг друга, конечно, продолжали. Но при этом могли и посмеяться, иногда злорадно, а иногда по-дружески.
6 июня. "Враги сделали манекен из соломы в штанах, воротнике, куртке, со шлемом на голове. И подняли его на алебарде над бастионом. Наши, думая, что это человек, бросились на него с алебардами, схватили, и затем все громко смеялись."
Тем временем османский флот Тургута и его французские союзники показались у Сицилии. Осада потеряла всякий смысл: надо было сворачиваться и идти прикрывать юг страны. Но по инерции ненужная война шла, и снайперская борьба продолжалась.
"Когда саперы противника разрушали бастион, синьор Марио Аццолини вел огонь из стенной аркебузы, которых там находилось около 20. Прилетевшим ядром ему оторвало голову."
Солдаты, однако, уже вели себя как старые знакомые, которые, хоть и дерутся, но свои люди.
12 июня. "У бастиона появился солдат, выстрелил в нас из аркебузы, крикнул "Канальи, скоро вам конец", и спрятался у подножия стены, где его нельзя было достать, иначе как кипятком и известью. Мы их все время лили, так что многих побрили без цирюльника, а также швыряли в них ульи с пчелами. К тому времени наши позиции были так близко, что можно было рукой дотронуться, и мы постоянно бросали друг в друга камни."
14 июня. "Мы обнаружили еще один подкоп под бастион, убили одного их сапера, остальные бежали. В тот же день у них на посту был испанец, который играл на гитаре. И наши женщины, копавшие траншею, поднялись на бастион и начали петь, а он им играл с такой охотой, что было приятно посмотреть."
До братания оставалось чуть-чуть, и оно состоялось в тот же вечер. Испанцы начали увозить свою артиллерию, с бастиона по ним открыли огонь, испанцы отвечали из 4 орудий. "И пока шла перестрелка, в нижней части города открыли ворота, и из флорентийского лагеря приходили и уходили их солдаты с мясом, сыром и другими продуктами, и казалось, что все тут друзья". Защитники Монтальчино, в свою очередь, толпами повалили во флорентийский лагерь с теми же целями: что-нибудь купить-продать и пообщаться.
Дон Гарсия, обнаружив, что в его расположении болтается куча солдат противника с опознавательными знаками, возмутился и приказал задержать их. В ответ на такой невежливый шаг Орсини велел закрыть ворота города и не выпускать императорских солдат. В Монтальчино (куда 3 месяца не мог проникнуть ни один враг) на тот момент их находилось более 300. Конфликт разрешил Асканио делла Корнья, обменявшись задержанными.
На другой день императорская армия сняла осаду и ушла, оставив на этом клочке земли 3 тысячи погибших от пуль и болезней. Черт его знает, что про это думали солдаты - своего Ремарка у них не было.
(satchel17)

===

О ношении оружия

"В 1601 году ремесленник из Нордлингена по имени Ханс Шварц был арестован муниципалитетом за нарушение законодательства об оружии. Проблема была не в том, что Шварц хранил или использовал недозволенное оружие. Наоборот, преступление состояло в том, что он не имел меча. Шварц был лишь одним из нескольких местных домовладельцев, арестованных в том году за невыполнение обязанности хранить у себя достаточный запас оружия и доспехов. Этим людям давали по 14 дней на то, чтобы "достойно вооружить себя". В других городах предъявление определённого вооружения было требованием для заключения брака. По всей Германии в Раннее Новое Время те, кто не выполнял обязанности по хранению и владению оружием, получали штрафы, отправлялись в тюрьму, изгонялись и лишались статуса граждан. Не удивительно поэтому, что итальянский гуманист и дипломат Эней Сильвио де Пикколомини писал в 1444 году о немцах, у которых гостил, что "каждый бюргер в гильдиях имеет оружейную у себя дома... умение граждан обращаться с оружием необычайно". В то же время, местные власти также регулярно ограничивали право некоторых людей на ношение мечей по различным причинам. В 1543 году офицер в Блауберне пожизненно утратил право носить меч за нападение на противника, которые уже упал на землю; в том же году пекаря из Аугсбурга разоружили за то, что он воткнул меч в дверь; а в 1551 году крестьянин из деревни Хабершлахт за нарушение клятвы был осуждён никогда не носить иного оружия кроме хлебного ножа с отломанным остриём. Другие причины запрета на ношение оружие включали не только неповиновение властям, но также финансовую безответственность, прелюбодеяние, кражу, праздность и избиение жены. Очевидно, что в Германии Раннего Нового Времени оружие символизировало нечто большее, чем просто самооборону". (B. Ann Tlusty)
А потом некоторые историки наивно изумляются тому, что во время войн, особенно Тридцатилетней, сопротивление крестьян грабежу и насилию, чинимому солдатами (как "чужими", так и "своими"), приобретало вид таких крупных стычек (порой вплоть до тысячи участников, а также массовое применение огнестрела помимо вульгарной резни вркуопашную и ударов из-за угла). Так что фуражировку, размещение на постой и прочие попытки экспроприации крестьянского имущества полководцам приходилось рассматривать как полноправные виды военных операций, требующие серьёзной подготовки и продуманной тактики не менее прочих. Отсюда и споры видавших виды военачальников, сколько солдат надо для того, чтобы армия могла уверенно отжимать всё необходимое в рамках принципа "война самоё себя кормит": двадцать тысяч или всё-таки все пятьдесят?
(antoin)

===

По законам военного времени

Однажды неподалеку от города Шалон-сюр-Марн был размещен отряд рейтар. В процессе фуражировки один из офицеров убил некоего крестьянина. Сын этого крестьянина пошел к командиру рейтар жаловаться. Тот сказал - у нас законы военного времени, не до сутяжничества. Хорошо, ответил мирный поселялнин - и зарезал командира рейтар. А другие мирные поселяне перерезали еще несколько десятков рейтар, так что прочие почли за благо убраться.
Рейтарский командир пожаловался королю, Генриху III. В свою очередь, крестьянин обратился в муниципалитет Шалона с просьбой о защите. Муниципалитет написал запрос губернатору Шампани, герцогу де Гизу, вопрошая: отчего это господин губернатор не защищает жителей доброй провинции от произвола солдат? Герцог де Гиз ответил, что исправится и всенепременно защитит мирного пейзанина от возможных последствий убийства рейтарского командира. Король был в гневе и хотел разобраться как следует. Город Шалон и герцог де Гиз написали королю о бесчинствах рейтар и попросил не судить убийц строго. В город приехал королевский представитель и не счел, что крестьянина есть, за что судить.
Рейтар из окрестностей Шалона вскорости убрали.
(veber)

===

In fire, smoke and confusion

"Нет ничего более опасного и рискованного, чем битва. Её можно проиграть по тысяче непредвиденных обстоятельств, даже если были тщательно продуманы и приняты все меры предосторожности, какие только возможны при наилучшем владении военным искусством". (Фельдмаршал Леннарт Торстенссон).
Подобные цитаты обычно пропускаются мимо ушей. Ещё бы, есть ведь целые научные школы, которые строят мнения относительно военного дела исключительно по решающим битвам, то есть по самому редкому солдатскому занятию на войне. Самая крайняя точка - это Чарльз Оман, который не только делал выводы на основе битв, но и каждую битву рассматривал как символ какого-то тезиса: например, это сражение показало крутость аркебуз, а это продемонстрировало возможности артиллерии. При ближайшем рассмотрении обычно его тезис оказывается сильно подмоченным. Но кто мы такие, чтобы указывать профессионалам. Ведь их теории так стройны и понятны. Армия А построилась устаревшим квадратом, а армия Б - прогрессивным прямоугольником, поэтому армия Б и победила. Армия А придерживалась испано-католической военной системы, а армия Б - московско-православной с примесью шведско-протестантской, поэтому армия Б победила. Всё ясно, спорить не о чем.
Так что просто без лишних слов почитаем впечатления гонца из Ирландии, который искал принца Руперта во время битвы при Марстон Муре (самая крупная битва английской гражданской войны, поражение 18 тысяч роялистов после упорного противостояния превосходящей их на 10 тысяч армии парламента и шотландцев, в примитивных книгах подаётся как демонстрация превосходства новой конницы Кромвеля над разгильдяйскими кавалерами):
"В огне, дыму и смятении этого дня я, богом клянусь, не знал, куда податься. Бегущих с поля солдат обеих сторон было так много, они были такими задыхающимися, такими онемевшими, такими испуганными, что я не мог принять их за людей, кроме как по движению их ног, которые всё ещё служили им; ...обе армии были перемешаны, и кавалерия, и пехота, ни один отряд не оставался на своём месте в общем строю.
В этом ужасном беспорядке я пересекал поле; я встретил толпу шотландцев, кричащих "Горе нам, мы все разбиты!" и преисполненных жалобами и скорбью, как будто настал их судный день, от которого они не знали как спастись; а дальше встретил я истрёпанный отряд, уменьшенный до четырёх солдат с корнетом; там и сям натыкался я на пехотного офицера без шляпы, опознавательной повязки, шпаги и всего остального кроме ног, он только и мог, что спрашивать, где дорога к ближайшим гарнизонам, которые ... были переполнены бежавшими солдатами с обеих сторон за несколько часов, хотя находились в 20 или 30 милях от места битвы".
А Ричард Аткинс, тоже бывший при Марстон Муре, писал:
"...воздух был так чёрен от порохового дыма, что на протяжении четверти часа (осмелюсь сказать) не было видно никакого света, кроме огня от залпов пехоты и это была самая сильная буря, какую я только видал, в которой я не знал, куда идти и что делать."
Не случайно, что при Марстон Муре и других битвах командующие армий при необходимости снимали идентифицирующие сторону повязки-ленты-шарфы (привет футбольным болельщикам) и шастали туда-сюда прямо через вражескую армию. А сэр Томас Ферфакс во время одного сражения не только так перемещался, но в процессе ещё и был принят роялистскими солдатами за своего офицера и немного ими покомандовал.
После таких цитат становится понятно, почему описания битв, которые Малькольм Уанклин (имхо, лучший специалист по английской гражданской) делал без домыслов строго по сведению вместе первоисточников, настолько хаотичны, что порой совершенно неясно, как развивались события.
Одновременно должно быть понятно и то, почему я так не люблю серию игр Total War и прочие стратегии, в которых радостно обводишь рамочкой отряды, и всё разыгрывается как по нотам.
(antoin)

X-posted at http://jaerraeth.dreamwidth.org/412672.html
Subscribe

  • Мнемоника для искусствоведа

    Если видишь - на картине Нарисованы часы, Но они из пластилина И висят там, как трусы, Конь и слоник с ножкой длинной Затерялися вдали, - Обязательно…

  • Художественное

    - У Кранаха Адам и Ева с пупками! - А у Микеланджело Давид необрезанный, и что? === Как известно, Микеланджело в продолжении многих лет расписывал…

  • Прикладное психологическое

    - С 8 Марта, с праздником весны! Пусть в твоей жизни всегда будет весна! - Грязь, авитаминоз и депрессивные мысли? Спасибо! === У нас крысы не…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment