Kail Itorr (jaerraeth) wrote,
Kail Itorr
jaerraeth

Categories:

Цветожизненные

Сижу у компа. Рядом на полу муж (М) играет с дочкой 3,5 года (Д) маленькими игрушечными зверюшками. У мужа в руках тигр, у дочери - тигренок.
М - Малыш, пошли на охоту!
Д - Давай, папа.
М - Кого ты видишь?
Д - Маленькую лошадку, папа-тигр.
М - Вот кто и будет нашей добычей!
Д - Папа! Не ешь ее. Она - мой друг. Я вырасту и сам ее съем.
Мы с мужем не удержавшись начинаем дико ржать над такой логикой. Оборвав смех, я спрашиваю:
- Тигренок, а разве можно есть друзей?
На что сразу получаю ответ:
- А я и не собираюсь - главное, чтобы папа сейчас не съел.
Вот этот скорость принятия решения!!!

===

Дочери тогда было 3,5 года. Из всех информационных источников звучат уже более-менее привычные "Дамы и господа" вместо "Товарищи".
Спрашиваем у ребенка, кто, мол, они такие эти дамы и господа.
Ответ:
- Дамы - это женщины, а мужчины - это партнеры.

===

Сыну года 4. Прихожу я за ним в садик и слышу, как мама одного мальчика, на которого пожаловались воспитатели, пытается разобраться в ситуации. Когда выходит в раздевалку мой сын, мамочка обращается к нему:
- Богдан, скажи, почему Лёша укусил Машу?
На что от моего сынули следует незамедлительный и в общем-то логичный ответ:
- Потому что у него есть зубы!!!

===

Маленькие девочки способны создавать большие проблемы. Но это - лишь адекватный ответ взрослому коварству.
- Ах, куколка, какая ты хорошенькая! Какие у тебя красивенькие глазки! - кудахтала чужая тётя в оранжевом берете. - Только почему такие чёрненькие? Ты их не моешь, наверное?
- Мою! Каждое утро и вечер, - возмутилась я.
- Ну, значит, без мыла, - чмокнула меня в щёчку и упорхнула вдаль по улице
А я вытерла щёку, и, придя домой, немедленно попробовала новый рецепт. Возненавидела оранжевую тётю, взрослых и киевскую кузину. Кузину - потому что она крутилась под ногами и во всём с меня обезъянничала, а мыть глаза мылом - отказалась. Моя реакция на эту процедуру вошла в противоречие с её представлением о прекрасном.

Я любила приезды бабушки Ани. Особенно киевский торт и Карла Маркса. Карл Маркс носил поварский колпак, белый халат и заведовал фабрикой по производству киевских тортов. Он знал тайну, которой поделился с бабушкой: в торт нужно класть много миндаля и безе. Тогда он настоящий и его можно везти внукам, в Крым. Это была традиция. Бабушка с киевским тортом производства фабрики Карла Маркса. До сих пор не понимаю, зачем надо было расширять ассортимент Маринкой.
До этого в семье царило равновесие. Мама сурово объяснила: гномик - брата. Куклы - мои. Мне куклы на фиг не нужны были. Брату - тоже. Но раз так... я схватила своё хозяйство и утащила в угол. Мол, тогда и ты в мой горшок не писай. Дело принципа. Случайно захватила пару медведей. Братец орал, как резаный. Совершенно неоправданная реакция. Я напомнила, что не покушаюсь на его машинки и конструктор. А могла бы. Мама присудила мне победу по очкам, и медведи обрели прописку в моём углу.
Но тут появилась двоюродная сестра, и равновесие нарушилось. Не зря я не доверяла взрослым и всегда с подозрением относилась к их инициативам. Маринка оказалась вредной и оручей. А бабушка объяснила, что она моя гостья, и поэтому я должна во всём уступать, всё отдавать, всем делиться:
- Всё общее. Это - раз. Всё, что гость пожелает, - это два.
- До каких пор? - продемонстрировала я бюрократический подход к делу.
- До тех пор, пока она твой гость. В нашей семье принято всё лучшее отдавать гостям, - огорчила меня бабушка.
Я в корне была не согласна с этой концепцией. Но спорить аргументированно ещё не научилась. Приходилось хитрить.
Сидели с Маринкой на полу. Я подвинула к ней кучу кукол, сама взяла медведя.
- Хочу медведя! - угрожающе сдвинула она брови.
- Играй с куклами.
- Баааааааа!!!! - заголосила Маринка.
- Ох, ну что случилось, труба ты иерихонская! - примчалась спасать свою младшую внучку бабушка.
- Хаааачу медвеееедя... - размазывала сопли по щекам Маринка.
Когда бабушка уходила на кухню, сестрица держала моего медведя и её рожа , ещё красная от крика, светилась счастьем. Я не смогла вынести такого унижения. Взяла маленького плюшевого медвежонка и завернула в тряпку:
- Ты мой, хороший, маленький, мягонький. Не то, что этот большой облезлый дурак у Маринки, - громким шёпотом убаюкивала игрушку.
- Бааааааааааааааа!!!!
- Ну что опять?!
- Хааачууу маааленького медведя!
- Любочка....
- Ба, так нечестно! Я ей отдала уже одного, теперь ей и этого надо?
- Нет. Просто поменяйтесь. Ты же старше. А она твоя гостья. Гостям надо...
- Знаю, - притворно вздохнула я и протянула игрушку.
Получив обратно большого медведя и дождавшись ухода бабушки, засмеялась:
- Привет, мишка! Как я рада, что ты вернулся. А эта дурочка пусть со своим уродом возится. Кому он нужен, такой маленький, даже глаз не разглядеть!
- Бааааааааааааааа!!!!
- У меня с вами все котлеты сгорят! Что ещё?
- Хочу большого медведя!
Бабушка растерялась...
- Любочка.... - нерешительно начала она
- Бабушка, - перебила я её. - Маринка хотела большого медведя - я отдала. Потом ты сказала, что гостям надо уступать, и я отдала маленького. Теперь - ей опять нужен большой. Она что, издевается надо мной? Приличные гости так себя не ведут!
Бабушка почувствовала в моих речах суровую правду жизни. Медведь остался у меня и скоро был заброшен в свой угол, за ненадобностью.
Но справедливость торжествовала только в отсутствии бабушки. А так как это случалось редко, то всё самое сладкое, большое, красивое - доставалось Маринке.
Я поняла, что распределение жизненных благ зависит от положения занимаемого в раскладе: гость - хозяин.
- А почему ты приезжаешь к нам каждый год, а я у тебя в гостях никогда не была? - воззвала я к социальной справедливости. И не ошиблась. Бабушка немедленно заявила родителям, что я права, и она повезёт меня в Киев.
Родители струхнули. Они-то хорошо знали своё сокровище. Но бабушка смела все преграды. Тем более, что мамина аргументация не выдерживала никакой критики. Мол, в пять лет рано путешествовать без родителей. Сказать такое свекрови - это всё равно, что заподозрить её в опекунческой несостоятельности. Не могла же мама признаться, что опасается не за меня, а за свекровь, родню и город Киев. И мне купили билет.
Я проявила выдержку индейца племени ирокез и до самого отъезда притворялась паинькой. Даже уступала Маринке во всём без споров. Скоро наступил мой звёздный час. Неторопливо оглядев жизненное пространство, начала с кукол.
- Эта, - я взяла самую хорошенькую, - будет моей!
- Бааааа! - привычно заголосила сестра. И бабушка уже открыла рот... но я успела первой:
- Бабушка, я здесь гость?
Бабушка закрыла рот. Посмотрела на меня с проснувшимся подозрением и увела сестрицу в угол, успокаивать и объяснять законы гостеприимства. Которые я слишком хорошо усвоила.
В десять вечера я лежала в пижаме в Маринкиной кровати. А бабушка, дядя и тётя до 12 ночи успокаивали разбушевавшуюся стихию. Просили, объясняли, уговаривали. Маринку положили спать с бабушкой.
Всхлипывания поверженного врага звучали мне маршем победы.
(starayavredina)
Subscribe

  • FOOD

    Нет, Софочка, это не брюки так сели - это тортик так лег... === - Расскажи о себе. - Ну, я ленивая и люблю поесть, дальше лень рассказывать, пойду…

  • Цветы жизненности

    Катя (4 года): - Если мама овечка, то папа кто? - Овец. - Нет, Катя, папа - баран! А детки у них кто? - Баранки! === Я была очень открытым,…

  • Страна Фантазия

    Адам Шульман, муж Энн Хэтэуэй, весьма похож на Вильяма Шекспира. А жену Шекспира звали - Энн Хэтэуэй. ...В общем, эти бессмертные уже не очень-то и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment